Понимала ли М. Спиридонова, что в "злодеяниях" большевиков есть и ее немалая заслуга! Понимала ли она, что революция была обречена ка бессмысленные жертвы вовсе не потому, что большевики оказались узурпаторами, а потому, что ставка на насилие, ничем и никем не ограниченное, объективно приводит к монополии на власть -- самому величайшему пороку общественной жизни!

Увы, прозрение приходит с запозданием. Заклинания М. Спиридоновой могут показаться пророческими, многие из них на самом деле уже оказались таковыми. Бесконтрольная власть большевиков в конечном итоге привела большую их часть к гибели именно от той власти, ради которой они столько выстрадали, которой доверяли безмерно.

Ко в чем истоки чрезмерной монополизации власти! Вероятнее всего, в присваивании отдельной группой лиц исключительного права на знание истины во всем ее многообразии. В революции, как и на войне, чаще всего побеждают не те, кто лучше других знает истину, а те, кто более других верит в свою непогрешимость и на этой основе способен любыми средствами заставить других подчиняться единой воле. Самым мощным средством для большевиков оказалась партийная дисциплина. "Мы-то знаем хорошо, что вы можете сделать во имя партийной дис

циплины. Мы знаем, что у вас все дозволено во имя ее". Именно так и было -- во имя мертвой дисциплины было позволено все. "Нечего, конечно, сомневаться,-- пишет М. Спиридонова,-- в дисциплинированности большевиков, революционного трибунала, вопреки всякой логике, истине и доказательствам".

Сегодняшнее половодье демократических преобразований уже неоднократно пытались обуздать берегами дисциплины, пытались запугать "разгулом страстей", осуществлением провокационных действий {вспомним обстановку нагнетания страха накануне 25 февраля -- дня, на который было намечено проведение серии митингов в защиту демократии). Публикации писем читателей весьма определенного содержания на страницах некоторых газет недвусмысленно дают понять, что без наведения "должного порядка и дисциплины" перестройка, мол, обречена. Если она и обречена, то прежде всего не из-за избытка стихийности, а из-за чрезмерного желания властвующих структур жить спокойнее...