- Мне было страшно, - сказал Агни, обращаясь к Варуне. - Я ещё молод, и мне тяжело быть колесничим и возить жертвы для богов. Я ушел далеко от страха, я отпрянул, как бык от лука стрелка.

- Не бойся! - сказали боги. Мы готовим для тебя жизнь, которая не знает старения, чтобы ты, прекраснорожденный, не понес вреда в упряжке. Ведь ты должен принять на себя часть наших забот.

- Я согласен, - отозвался Агни. - Но пусть мне принадлежат безраздельно начатки и конечные части всего твердого из приносимого в жертву, а из возлияний - доля, наделенная питательной силой, жар вод и суть растений и да будет долгим, о боги, мое бытие.

- Будут, о Агни твоими безраздельно начатки и конечные части всего твердого из приносимого в жертву, а из возлияний - доля, наделенная питательной силой, будет, о Агни, жертва целиком твоею. Да склонятся перед тобою четыре стороны света!

И вернулся Агни, и с тех пор надежно пылает, сияет, освещает, наблюдает за всем на свете, перескакивая с места на место, правит законом, сотрясает горы, поражает тьму и болезни, проникает в глубины душ всех созданий, но никогда не входит в воды, в которых скрывался. Он дружественен к людям, особенно к тем, в чьих сердцах от его искр разгорается вдохновение, возвышающее их дух [5].

1. В ведийской мифологии не было бога-похитителя огня, подобного греческому Прометею (Кейпер, 1986, 147 и сл.), но сам божественный огонь Агни по свойственной ему подвижности скрывается от богов и возвращается лишь добившись повышения своего статуса и увеличения доли в жертвоприношениях.

Видимо, гимн Х, 51 воспроизводит заключительную часть мифа о бегстве Агни и его возвращении к своим обязанностям. Агни рисуется богом, вступившим в сообщество богов позднее, чем другие боги, которых возглавляет Митра-Варуна, всеобъемлющий бог, связанный с изначальным миром, охраняющий космический закон и карающий его нарушителей своими петлями.