Как воплощения их функций богов природы и вечного её кругооборота - смены дня ночью, месяца месяцем, года годом, жизни смертью (Gonda, 1984, 5 и сл.; 1989, 38 и сл.; 57 и сл.). Именно поэтому он воспринимался как главный бог - так же как и у этрусков главным богом считался не Тиния, а Киленс (Янус). Совершение жертвы на алтаре Праджапати или превращение в жертву его самого рассматривались как культовый акт, и в этом плане он близок к Агни в его ипостаси жертвенного огня, без которого боги не могут существовать (Gonda, 1984, 2).

2. Агни - в ведийской и индуистской мифологии бог огня во всем его многообразии - от домашнего очага до пламени солнца; считался посредником между людьми и богами ("ближайший из богов"), поскольку переносил жертвы смертных из жертвенного костра к небожителям.

3. Вайю - ветер и бог ветра, обозначаемый как "быстрейший из богов", вихрь, отождествляемый с Агни.

4. Сурья - в ведийской мифологии бог солнца, входящий в ведийскую триаду Агни - Индра - Сурья, глаз богов; отождествляется с Савитаром. В эпосе с Сурьей связано множество сюжетов, в которых он противник богов, грозящий испепелить их лучами, но также и демонов, и родоначальник героев.

Вначале было солнце [1]

Земля одно время была неподвижной и бесплодной пустыней. Высились над нею голые, обожженные, не покрытые травами горы. Поэтому живые существа сильно страдали от жажды и голода. Тогда Солнечный бог, словно отец родной, проникся состраданием. Совершая оборот северным путем [2], он отовсюду собрал своими всепроникающими лучами водяные пары и, возвращаясь южным путем через внутренность земли, наполнил её живительной влагой. Обернулась она полем и проросла растениями.

Наделенные шестью вкусовыми качествами - сладким, кислым, острым, соленым, горьким, вяжущим, эти растения стали пригодны для жертвы богам и для пищи всем живым существам на земле. Воистину пища, дающая жизнь, сотворена Солнечным богом, а поскольку он и есть отец всех существ, моли его о помощи, называй одним из ста восьми его священных имен [3], встречай ликованием как бога среди богов, когда он выезжает на небо на золотой колеснице, запряженной семью рыжими кобылицами, рассекая днями ночи, обращая вспять звезды, которые разбегаются от его всевидящего ока, как застигнутые врасплох воры.