Однако, оказывается, что познание — выделяющееся, по предположению всех мудрецов, среди прочих мер самым эффективным воздействием и наилучшими результатами — по-разному действует на различные характеры. В этом отношении мы открываем много удивительных вещей в ходе практического анализа, но о них у меня пойдет речь в следующей главе.

Как показывает мой пример с архаичным представлением о Боге, помимо личных приобретений и принадлежностей бессознательное содержит, по-видимому, и другие вещи. Моя пациентка совершенно не сознавала ни деривации “духа” от “ветра”, ни параллелизма между тем и другим. Это содержание не было продуктом ее мышления, как впрочем и результатом заучивания. Критическое место в Новом завете (to pnenma pnei opou Qelei) (“Дух дышит, где хочет” (греч.) [Иоан. 3:8), что, вследствие семантической неопределенности фразы, можно перевести и как “Ветер дует, где хочет”. — Прим. пер.) было ей недоступно из-за незнания греческого. Если нам так уж нужно считать это содержание целиком личным приобретением, оно могло бы быть таковым лишь в одном случае — при так называемой криптомнезии (Ср. Theodore Flournoy, Des Indcs a la planetc Mars: Elude siir mi cas de somnambiillsme avec GiossoJalie (Paris amp; Geneva, 1900), translated by I) B. Vennilye as From India to the Planet Mars (New York, 1900). и Jmig' “Psychology and Pathology of So-called Occult Phenomena” (Collected Wvrhs, Vol. 1), pars. 138ff.), то есть бессознательном припоминании мысли, ранее где-то прочитанной пациенткой. Я ничего не имею против такой возможности в этом конкретном случае; но мне известно множество других случаев (большое их количество приведено в упомянутой выше книге), где криптомнезию можно с уверенностью исключить. Даже если бы наш случай был случаем криптомнезии, что кажется мне весьма неправдоподобным, нам пришлось бы все равно искать объяснение предрасположенности, послужившей причиной того, что именно этот образ сохраняется в памяти пациентки, а позднее, по выражению Semon, “экфорируется” (ekjorein, лат.