- Если бы мы жили в те времена, когда Линней открыл свою систему природы, - сказал Алексей с улыбкой, - то это поручение не потребовало бы много труда, и мы бы его скоро исполнили.

- Что ты хочешь этим сказать, брат? - спросил Иван. - И куда же мы должны были бы отправиться?

- Пройти к воротам нашего дома. Нам оставалось бы только убить одного из больших медведей, сидящих на цепи, и условия нашего отца были бы превосходно выполнены.

- Не понимаю.

- Как не понимаешь? Прочти письмо и взвесь хорошенько каждый пункт.

- Там ничего нет неясного, и я знаю его почти наизусть. Отец позволяет нам путешествовать с условием, что мы возвратимся домой не иначе, как убив по медведю каждой известной разновидности.

- Да, и, конечно, отец знал разновидности, известные натуралистам. Догадался?

- Догадался. Ты хочешь сказать, что когда великий шведский натуралист создал свою систему природы, то наш бурый европейский медведь был единственным медведем, известным натуралистам?

- Именно - ursus arctos. Других не знали, а, следовательно, и путешествие, подобное нашему, было бы в ту эпоху непродолжительным. Правда, еще при жизни Линней познакомился также с медведем Северного моря (ursus maritimus), но он считал его только простой разновидностью ursus arctos, но я не могу понять этой ошибки такого ученого, как он.

- Действительно, эти два животных весьма различны между собой, - прибавил Иван, - и я знаю это превосходно, не будучи знаменитым натуралистом. Не говоря о цвете, формы тела существенно отличаются у представителей этих двух пород, и обычаи далеко не одинаковы. Наш бурый медведь живет в лесах и питается, главным образом, плодами, а белый медведь обитает в стране снегов и вечных льдов и ест только мясо и рыбу. Нет, это не две разновидности одного и того же рода, но две совершенно различные породы.

- Бесспорно, - ответил Алексей, - но у нас будет возможность сравнить их позже. А сейчас давай прекратим разговор и займемся маршрутом, какой составил для нас отец.