Я сам не осмеливался преподавать еще не готовую технику и не установившуюся теорию с тем авторитетом, который, вероятно, избавил бы от многих ошибок и окончательных заблуждений. Если самостоятельность научных работников, их ранняя независимость от учителя с психологической точки зрения всегда желательны, то в научном отношении выигрыш получается от этого только тогда, если они обладают известными личными качествами, к сожалению, не очень часто встречающимися. Как раз психоанализ требовал долгой и строгой выдержки и выработки самообладания. Ценя мужество, которое проявили члены собрания, отдавшись непопулярному и так мало обещающему в будущем делу, я готов был не обращать внимания на многое, что в ином случае оттолкнуло бы меня. К тому же кружок объединил не только врачей, но и других образованных людей, понявших значение психоанализа, – писателей, художников и т. п. «Толкование сновидений», книга «Об остроумии…» и другие показали с самого начала, что учение психоанализа не ограничится областью медицины, а может найти себе применение в разнообразных областях науки о духе.

С 1907 г. положение против всяких ожиданий сразу изменилось. Оказалось, что психоанализ постепенно пробудил к себе интерес и нашел друзей и сторонников в лице научных работников, готовых признать его. Bleuler письмом известил меня, что мои труды изучаются и применяются в Burgh?lzli. В январе 1907 г. прибыл в Вену первый из представителей цюрихской клиники, доктор Eitingon; вскоре последовали и другие посещения, проложившие путь для оживленного обмена мнениями; наконец, по приглашению Jung'a, тогда еще адъюнкта в Burgh?lzli, весною 1908 г. состоялся первый съезд в Зальцбурге, на котором объединились друзья психоанализа из Вены, Цюриха и других мест. Результатом этого первого психоаналитического конгресса было основание журнала, который начал выходить в 1909 г. под названием «Jahrbuch f?r psychoanalytische und psychopathologische Forschungen», издаваемого Bleu1ег'ом под редакцией Jung'a.