Если же вспомнить, что крупнейшим историко-культурным событием для всей Восточной и Юго-Восточной Европы явилось принятие болгарским народом в 864 году христианства в качестве официальной религии, что, в свою очередь, привело к утверждению и распространению славянской письменности, то вряд ли мы ошибемся, предположив, что именно эти события должен был «предвосхитить» своим пророчеством апостол Андрей, остановившийся на горах, «где после был Киев».
Вот почему в первоначальном тексте легенды, возникшей, вероятнее всего, в среде учеников славянских первоучителей, Константина-Кирилла и Мефодия, деятельность которых в полной мере развернулась после 886 года именно в Болгарии, автор отправлял апостола в «Вечный город», куда, как бы повторяя его путь, пришли и славянские просветители, приравненные к апостолам римской церковью за свои заслуги в деле просвещения славян..
На этом можно было бы поставить точку. Загадка, мучившая своей неопределенностью, решается сравнительно просто. Но оказалось, что за пределами решения существует еще один факт, доказывающий правильность выводов, причем открытый болгарским ученым, занимавшимся совсем другими вопросами.
В последних числах октября 1983 года я читал доклад о своем исследовании легенды об апостоле Андрее на секторе средневековой истории Института истории Болгарской Академии наук. Вопросов было много, присутствующие согласились с выводами, а в конце заседания один из историков сообщил, что к подобным выводам относительно времени возникновения этой легенды пришел известный болгарский историк литературы Стефан Кожухаров. С Кожухаровым я познакомился как раз накануне. Заинтересовавшись, позвонил ему на следующий день. Мы встретились, и вот что выяснилось.