Но мать и сестра уже почуяли опасность, увидев, как мы гоним табун. Захватив с собой веревки, они бросились нам навстречу, и мы начали седлать лошадей. Отец вкратце рассказал о появлении военного отряда в долине реки. - Не пугайтесь, - добавил он. - Если они не выслали вперед разведчиков, мы успеем уложить все вещи и ускакать. Складывайте вигвам, а я отправлюсь на разведку. С этими словами он повесил через плечо лук и колчан, взял ружье и ускакал. Быстро разобрали мы наш вигвам. Я выдернул колышки, которыми были прикреплены к земле края шкур, служивших стенами вигвама, мать свернула шкуры и вытащила шесты - шестнадцать шестов, являвшихся остовом палатки. Эти шесты она привязала к двум лошадям, а сестра уложила в парфлеши1 съестные припасы и те немногие вещи, какие взяли мы с собой в дорогу. Когда был завязан последний вьюк, мы вскочили на коней. Должно быть военный отряд не выслал вперед разведчиков, или же они находились на другом берегу реки и нас не видели. Вернулся отец, ездивший на разведку. - Нам нечего бояться, - сказал он. - Враги пешие, нас не догонят. Жена и ты, Нитаки, пересеките долину реки и поднимитесь по склону на равнину. Поезжайте рысью. Мы последуем за вами и будем гнать табун. Как только стемнеет, мы повернем на восток, снова спустимся в долину и раскинем лагерь. Солнце уже зашло. Когда мы выехали на равнину, сгустились сумерки. Отец часто оглядывался, но врагов не было видно. Мы стали подниматься на вершину холма, и отец с тревогой сказал мне: - Боюсь, как бы нам не попасть в западню. Быть может, отряд с противоположной стороны поднялся на холм, вместо того чтобы подвигаться к верховьям реки. Кто знает, не поджидают ли они нас там, на вершине? Сынок, ты один справишься с табуном, а я поеду впереди. Подъем был крутой, и лошади шли шагом. Отец хлестнул свою большую сильную лошадь и обогнал мать, ехавшую впереди. Вдруг на вершине холма показались - словно из-под земли выросли - враги. Они выстроились в ряд и стали стрелять в нас из луков и четырех ружей.