
· человек американский.
Каждый, кто попытается «озвучить» два эти словосочетания, сразу же обратит внимание на неорганичность звучания второго.
Понятно, что такой нации как «американцы» — не существует, но «советский человек» как объективное явление в жизни глобальной цивилизации состоялся: в годы предвоенных пятилеток и в годы Великой Отечественной войны, именно советский человек своею волей возвёл СССР в ранг сверхдержавы № 2 к середине ХХ века.
И новым, вступающим в жизнь поколениям ещё предстоит в ближайшем будущем испытание ностальгией по этому нравственно-этическому типу, как явлению духовному, поскольку на безсознательном уровне у большинства в мире (несмотря на упорное стремление либерал-демократов ввести в обиход такие уничижительные термины как «совок», «гомо советикус») термины «советский» и «русский» по-прежнему синонимы.
Видимо какое-то представление обо всём этом имел и Сталин, вследствие чего на торжественном обеде в честь победы над фашистской Германией он поднял тост именно за русский, а не за советский народ, и считал себя самого русским человеком грузинского происхождения.
Кроме того, Сталин стремился любыми средствами преодолеть раскол в обществе, и в обособлении партии от остального общества, в бюрократизации её аппарата видел помеху дальнейшему продвижению человечества к коммунизму как к обществу всеобщей свободы, ответственности и заботы об общих судьбах всех людей. По этой причине с начала 1930-х гг. он предпринял не одну попытку лишить партийный аппарат корпоративно-монопольного контроля над процессами кадрового наполнения структур государственной власти. Для самого же Сталина (что и отличало его от бюрократов) его власть однако никогда не была самоцелью: она была средством достижения других целей, которые он выразил в работе “Экономические проблемы социализма в СССР”, ставшей его напутствием потомкам. В жизни же он, обладая по существу личной диктаторской властью (что стало возможным благодаря угодничеству бюрократии), просто реагировал по своему пониманию целесообразности на негативные тенденции, которые формировались в общественной жизни СССР.
