Владимир Виленович Шигин
Паруса, разорванные в клочья. Неизвестные катастрофы русского парусного флота в XVIII–XIX вв
Быть гонимыми ударами свирепствующего моря, страдать от зноя, жажды, голода, изнуряться лихорадками, встречать смертоносную заразу и даже безумию подвергаться, не зная притом верного убежища и отдохновения в каком-либо порте, — это то же, что при жизни соприкасаться со смертью.
Судно по морю носимо,
Реет между черных волн;
Белы горы идут мимо;
В шуме их надежд я полн.
Часть I
Эти гибельные черноморские штормы…
Черноморские штормы погубили немало кораблей и унесли множество жизней российских моряков. Иногда в особо жестоких черноморских бурях погибали целые отряды кораблей. Летопись флота доныне хранит эти мрачные истории.
Прелюдия 1782 года
Становление любого флота всегда стоило человеческих жизней. Не обошелся без этой неизбежной дани и только еще зарождавшийся Черноморский флот. Почти каждый год Понт Эвксинский требовал свою жертву, но по-настоящему страшным стал для черноморцев 1782 год.
Печальный мартиролог этого несчастливого для черноморцев года открыл фрегат «Архипелаг», которым командовал лейтенант Иван Перия. Фрегат возвращался из Средиземного моря, куда возил на продажу товары купца Владимирова. На выходе из Босфора «Архипелаг» встал на не обозначенную на карте мель, не смог сняться и был разбит волнами. В течение четырех суток, пока не подошла помощь, команда сражалась за спасение своего судна. Но ничего не помогло. Фрегат был потерян; хорошо еще, что удалось спасти большую часть команды.
Буквально месяц спустя пропала без вести яхта «Миюс» под командой опытного офицера капитан-лейтенанта Якова Лаврова. Посланная из Херсона в Смирну с консулом Хемницером, на обратном пути яхта навсегда исчезла. Долгое время ходили слухи, что «Миюс» разбился на абхазском берегу и команда попала в плен. Узнав об этих слухах, вице-президент Адмиралтейств-коллегии граф Чернышев направил приказ тогдашнему командующему Черноморским флотом вице-адмиралу Клокачеву: