— Скажу через два дня — надо кое с кем посоветоваться. Я ведь тоже сама ничего не решаю. На сколько дней безделья ты еще можешь рассчитывать?

— Сказали — на позиции через месяц! — пожал плечами Олег.

— Через месяц мы с тобой… — Нина запнулась, затем спросила напрямик. — Скажи, я тебе нравлюсь?

— Очень! — признался Олег, — Ты красивая!

— Сама знаю! — засмеялась Нина. — Тогда мы с тобой через месяц можем прямо отсюда махнуть на курорты. Кстати, как тебя зовут-то?

— Айс! — почему-то брякнул Олег.

— Гм-м-м! — понимающе прищурилась Нина. — Что ж — до свидания, Айс! — она бросилась ему на шею, и их губы слились в долгом поцелуе.

— Я тебя сама найду, Олег! — прокричала она затем, скрываясь с тачкой за ближайшим поворотом.

Он пораженно закрутил головой. Вот чертовка, да она давно уже его имя разузнала! Скорее всего — у того же Вовчика… И он с веселыми воспоминаниями и легким сердцем пошел обедать.

Вообще-то, норма питания добровольцев в столовой соседней с ними бронетанковой части вызывала у Грунского, мягко говоря, недоумение: провонявшийся старый сыр, немного хлеба и все тот же осточертевший куркут. До вчерашнего дня Вовчик Светлов успокаивал его по-своему:

— Тебя, Олежка, ждет здесь еще много интересного, так что привыкай, терпи! А в Арцахе получше будет: валом трофейной жратвы, а если «планчиком» захочешь разжиться — его там тоже море!.. Главное вернуться «оттуда» в целости и сохранности. Держись, если что, нас: мы люди битые! Даст Бог, с этого захода пару стволов неучтенных притащим втихаря, продадим — вот тебе и бабки для отдыха! А то и на родину махнем, подальше от этих обезьян!

По его совету Грунский начал пускать «с молотка» — за арах

Олег прекрасно помнил армян бывшего Совдепа, застойных и перестроечных времен — нормальных, общительных и веселых мужиков. «Что же с ними, блин, произошло? Может, здесь собрались одни малохольные? Смотри, что творят! Придется, видимо, заняться ими по-другому!» — закипая, думал уже не Олег — тот, прежний Айс брал верх над его личностью, заставляя заниматься «разборками».