- О панелях.

Каролек на миг замер, уставясь на мрачное лицо Януша. Панели?..

- Погоди, никак не соображу, - смущенно признался он. - Поясни подробнее. Что общего у строительных панелей с раком крови и, кроме того, что за человек?

- Не знаю.

- Пенсионер, - уныло вставил Влодек.

- Слышишь, пенсионер. И жил в крупнопанельном доме. Вот что общего.

- И был совершенно глухой, - добавил Влодек совсем уж страдальческим голосом.

У Каролека сложилось впечатление, что его умственное развитие вдруг стремительно деградировало до дремучего доисторического уровня. Он перестал понимать язык, которым пользовался с детства. Обсуждалась какая-то странная проблема, настолько запутанная, что невозможно ее даже понять, не говоря уже решить...

Лесь слушал молча, в его душе, изголодавшейся по эмоциям, хаотично клубились противоречивые ощущения. Этот клубок так кувыркался, что на поверхности оказывались самые разные чувства. То гордость за свое участие в каких-то значительных, пусть и немного непонятных событиях. То возмущение, что ему без спросу отводят роль преступника. Таковая в его планы совсем не входила. А то всплывала меланхолия, примирявшая Леся с ужасом таинственного рока. Он еще не решил, что ему из всего этого выбрать...

- Или вы немедленно перестанете разговаривать, как дебилы, или я лично сделаю с вами что-нибудь нехорошее, - вдруг разгневанно воскликнула Барбара. Ты говори по порядку с самого начала. А ты заткнись! Довольно уже наколбасил задень!

Кивком подбородка она поочередно показала на Януша и на Влодека. Януш развернулся спиной к столу, лицом к коллегам - вращающееся кресло издало протяжный визг. Лесь остановил кувыркающийся в душе клубок, оторвал завороженный взгляд от Влодека и перенес его на Барбару, созерцание которой доставляло ему упоительные впечатления независимо от обстоятельств. Барбара закурила и сердито уставилась на Януша.