Нет, я именно исходил из буржуазно-демократического характера революции и приходил к выводу, что глубина аграрного кризиса может поднять к власти пролетариат отсталой России. Да, именно эту мысль я защищал накануне революции 1905 года. Именно эту мысль выражало самое название революции "перманентной", т. е. непрерывной, т. е. переходящей непосредственно из буржуазной стадии в социалистическую. Для выражения той же идеи Ленин употребил впоследствии превосходное выражение о перерастании буржуазной революции в социалистическую. Понятие переростания Сталин, задним числом (в 1924 году), противопоставил перманентной революции, как прямому скачку из царства самодержавия в царство социализма. Злополучный "теоретик" не дал себе даже труда продумать, что же в таком случае означает перманентность революции, т. е. непрерывность ее развития, раз дело идет о голом скачке?

Что касается третьего обвинения, то оно продиктовано недолговечной верой эпигонов в возможность нейтрализовать империалистскую буржуазию на неограниченный срок при помощи "разумно" организованного давления пролетариата. В 1924-27 г.г. это была центральная идея Сталина. Плодом ее явился англо-русский комитет. Разочарование в возможности связать по рукам и по ногам мировую буржуазию при помощи союза с Перселем, Радичем, Ляфолетом и Чан-Кай-Ши привело к острому пароксизму страха перед немедленной военной опасностью. Через эту полосу Коминтерн проходит еще и сейчас.

Четвертое возражение против теории перманентной революции сводится попросту к тому, что я в 1905 году не стоял на точке зрения теории социализма в отдельной стране, которую Сталин сфабриковал для советской бюрократии лишь в 1924 году. Это обвинение является чистейшим историческим курьезом. Можно в самом деле подумать, будто мои оппоненты, поскольку они вообще политически размышляли в 1905 году, считали Россию подготовленной для самостоятельной социалистической революции.