-- Нормалек, Дик, лес и обочина -- как целочки!

Такое сравнение завернуть мог только он. У него бзик -трахнуть девочку. Встретив очередную девушку и проведя с ней ночь, Гена, всегда после матерится, пеняет на судьбу за то, что та так скупа на невинность. "Они, наверное, оттраханными и рождаются!" -- говорит Геннадий. Он отчаянно, порой на грани безумия ведет себя в бою, ничего не боится. Но не боится не потому что мудаком таким уродился, а потому что профессионал высокого класса. Гена -- ас боя. С тем же напором он штурмует и девиц. Вряд ли его мечта о невинности осуществится. Цепляя уличных малолеток, он вечно себе наматывает на "винт", а после бегает по аптекам за антибиотиками. Геннадий высокий, худой и жилистый. Проблемы невинности и гонореи Дикого не интересовали. Геннадий его полностью устраивал.

Вернулся и Марат, выключил фонарик.

-- Все чисто, Дик.

-- Все, Марат, отваливай! Удачи тебе! -- сказал Дикий.

-- Это вам удачи, парни!

Марат прыгнул за руль и, с трудом развернувшись, покатил по колдобинам прочь.

Через некоторое время в ночной тиши раздался тройной сигнал клаксона - это Марат сообщал, что с ним все в порядке, и он скоро выберется на шоссе.

С Диким в группе было всего четыре человека. Они были одеты в темные теплые куртки, джинсы и кроссовки. Из оружия имелись только метательные ножи. Они пошли цепочкой и шли так долго, почти час. Дикий шел первым. Наконец он поднял руку, и все остановились. Впереди в сумеречном рассвете прямо за поворотом дороги уже различался силуэт проехавшей перед ними машины. Это был советский джип. УАЗик, еслиы говорить по-русски.

2

Большая тяжелая дверь бесшумно отворилась и в роскошную гостиную вошел человек, при появлении которого трое мужчин, сидящих за круглым, инкрустированным золотом столиком, поспешно поднялись. Вошедший приветливо кивнул. Ему ответили такими же кивками, чуть более услужливыми, подобострастными.

-- Добрый вечер, господа, -- сказал тот, кто был здесь хозяином, -- садитесь.