Они устроились на огромной кровати в спальне, подсунув Валерке погремушки.

— Сегодня у нас званый обед. Папа приедет и Игорь. Никитишна уже накрывает стол.

— О, я тогда ни к селу ни к городу приперлась! — заволновалась Таня.

— Почему? — удивилась Олеся. — Пообедаешь с нами. Никитишна наготовила! Слушай, я после родов ем и ем, ем и ем.

— С ребенком устаешь.

— Да я с ним не устаю.

— Когда же у меня такой будет? — мечтательно посмотрела на Валерку Таня, поймала его за ногу и подтянула к себе. Ребенок удивленно проехал на пузе полкровати и принялся увлеченно, с хрипотцой, хохотать в ответ на Танины заигрывания. — Какой хохотун. Лялька-хохотушка.

— Будет, не переживай, — компетентно заверила Олеся. — Вы когда с Алешей поженились? И двух лет не прошло. Успеете соорудить. У нас с Игорем тоже долго не было. Конечно! С его дикой занятостью и усталостью. Сексом занимаемся реже, чем ездим за границу. Еще придумал себе новую игрушку выборы. Здорово, правда? Папа — мэр, муж — кандидат в мэры. Не слишком ли много для меня одной?

— У нас с сексом все в порядке. Регулярно и напряженно. Я думаю, я все никак не залетаю, потому что… Ну, ты знаешь, чем я занималась четыре года.

— Да, наверное. Зря ты, Таня, конечно, этим занималась.

— Знаешь, Олеська, надо тебе было все-таки за Диму выходить. Игорь тебя старше на четырнадцать лет. Почти другое поколение. А Дима — всего на два года. Он бы и на высокие посты не замахивался, и тебе бы устроил круглосуточный сексодром.

Дима Павлов был влюблен в Олесю еще со школы. Но четыре года назад, ввязавшись в соревнование с Игорем Шведовым, он все же проиграл спринтерскую гонку, и сердце Олеси досталось противнику. Потому что при прочих равных условиях — симпатичной внешности, остроумии, разнообразных талантах, отличных математических способностях — Дима Павлов был двадцатилетним свежим дембелем, без кола и двора и средств к существованию, а Игорь Шведов — крутым бизнесменом.