Преподобный Сергий (в миру Варфоломей) Радонежский родился 3 мая 1319 года в семье ростовского боярина Кирилла и его супруги Марии. С отроческого возраста мечтал об иноческом чине. Но свое желание смог осуществить лишь на 21 году жизни, в 1340 году. Варфоломей, вместе со старшим братом Стефаном, избрал местность Маковец, что в десяти верстах от Хотькова. Здесь они построили маленькую келью и церковь, на освящение которой получили благословение Митрополита Феогноста. Через некоторое время Стефан не выдержал тягот одиночества и ушел в московский Богоявленский монастырь. Варфоломей остался в лесу один. Изредка его посещал старец игумен Матфей, который и совершил иноческий постриг с именем Сергий. Бесы не раз принимали облик диких зверей, но незримая помощь Божия по его усердным молитвам давала ему избавление. Через некоторое время к нему стали стекаться люди, и образовалась монашеская обитель. В 1354 году он принял от святителя Афанасия сан иерея. Так началась Троице-Сергиева лавра.

Адекватно было бы вопрос поставить так, почему многие выдающиеся люди уходили в уединение?

Отвлечься от мирской суеты. Подумать о вечном. Войти в диалог с Богом. И понести крест иноческого служения Христу, если мы говорим о преподобных Сергии Радонежском, Серафиме Саровском и десятках, сотнях, тысячах монахов, известных и неизвестных.

Владимир, если вы сейчас правильно читаете эти строки, то признайте публично свои ошибки и не вводите ими во искушение слабых мира сего.

Или покайтесь в сознательном обмане и передергивании цитат.

И вот наша сибирская Анастасия оказывается из того же числа отшельников. Их род тысячелетиями жил в тайге. И приручил здесь ВСЕ. Комаров и гнуса в том числе.

Хорошо. Я согласен, что можно приучить даже комарье. Все ж божественная сущность, все такое… Но Пузакова то они должны были просто сожрать!!! Раздеться догола в летней тайге сродни самоубийству, причем очень мучительному. Дело в том, что летом воздуха в тайге просто нет. Есть комары и мошка с редкими прослойками воздуха — это точнее. Гнус просто вдыхается, попадает в глаза, в рот, пролезает в любую щелку. Любой бывавший в тайге не может без содрогания вспоминать о гнусе.