Веселый опер пришел к главарю веселой шайки и весело предложил отдать часть денег с кражи. А главарь, вместо того чтобы весело отдать каких-то паршивых пять-шесть тонн баксов, заламывает в гневе руки, делает ужасные глаза, строит из себя оскорбленную невинность и деньги отдавать не хочет. Вы меня разочаровали. Я думал, вы - умный человек, искренне не хотите проблем и мечтаете только о том, чтобы покинуть нашу страну с обеспечивающим старость багажом. А оказывается, что Вы, ко всем прочим грехам, обладаете еще и авантюрным характером и не желаете уйти тихо, без проблем, погонь и перестрелок... Что ж...

      - А-а, протянул Соловьев, словно впервые догадавшись о чем-то. - Кажется, я начинаю понимать... Не так давно я сделал пожертвование в церковь, решив перед отъездом

принести Родине хоть крупицу пользы, и подозреваю, что там случилось что-то, что привело Вас ко мне... Вот она, черная людская неблагодарность! В наше нелегкое время все так напуганы, что любое благое намерение кажется странным и вызывает приступ злобы и непонимания... О времена!..

      -о нравы! - любезно закончил я.

      - Что? Ах, это ... Может, я излишне патетичен, но я оскорблен до глубины души. Хотя, о чем говорить, в церквах тоже люди служат и ничто человеческое им не чуждо... У них была кража?

      - Кража, подтвердил я со скорбным лицом. - И мне хотелось узнать у Вас, где Вы нашли работников, которые ремонтировали церковь?

      - Объявление на столбе висело: “Бригада мастеров в короткие сроки доброкачественно выполнит работы любой сложности” ... Неужели они?! Ах, как получилось-то нехорошо... Теперь понимаю, почему на меня подозрение падает. Понимаю и извиняюсь за прием, который Вам оказал. Но и вы виноваты. Ваши методы работы несколько шокируют. Я уж было подумал, что вы ненормальный... Или и впрямь - шантажист...

      -Что вам мешает и дальше так думать? Вы, наверное, немало читали о нашей милиции, коррумпированной и, насквозь, прогнившей?.. Я - ее лучший представитель. Кушать