Но объяснять все это далекому от - “мирских” дел батюшке я не собирался - слишком долго, слишком путано и... слишком стыдно. Требовалось обнадежить его, успокоить и отправить обратно в храм молиться о чуде, которое поможет им вернуть похищенное. Но лично я в чудеса не верю. Как не верю и в правоохранительные органы. Нет у нас таких. Нет закона, надежного, как скала, значит, нет и этих самых - “право”... Ненавижу это слово. Охраняющие - “право”... у нас есть только люди. В большинстве своем нищие, усталые, вечно не высыпающиеся и постоянно голодные люди, пытающиеся сдержать поток преступности, который сдерживаться почему-то не хочет.

      - Понимаете, отец Владимир... Мы приняли Ваше дело к рассмотрению. В настоящее время интенсивно проводим поиски похитителей и украденного. Мы принимаем все меры к тому, чтобы... Я запнулся и искоса посмотрел на священника. Не меняя позы и выражения лица, он сидел и слушал. “Странно, - подумал я. - Обычно в таких случаях я заливаюсь соловьем. А сейчас ахинею какую-то несу... Не снизошла ли на тебя “благодать Божия”, а, Куницын? Или крыша поехала?”

Я вздохнул и спросил:

      - Батюшка, у вас приход большой?

      - Немалый. В наше нелегкое время народ все чаще ищет опору в Боге...

      - В себе опору искать надо, - не удержался я. - Извините.

      - Ничего, я тоже так считаю.

      - Это хорошо... Вы можете себе представить, что вместо совета и утешения вы начинаете помогать каждому нуждающемуся делом? И на весь район вас всего шесть человек, техники нет, времени нет, а ваш архиерей требует письменного отчета по каждому конкретному делу. Плюс к этому Папе Римскому справки “сплавлять” надо, да еще куча бумаг. Да к этому...

      - Николай Иванович, я понимаю ваши проблемы лучше, чем вы думаете. И бедственное положение милиции знаю, и о нехватке людей наслышан, и что сил уже не осталось от лавины дел.