– Пойдем, поиграем, – предложила Франческа.

– Давай, – согласился Мигель.

Они поднялись и пошли в круг. Вообще-то Мигель не любил играть в волейбол, тем более на пляже, под солнцем. Не любил и стеснялся, что уступает в мастерстве сверстникам. Но сейчас, когда его позвала Франческа, он не мог отказаться. Играл Мигель с ленцой, нехотя перекидывая мяч партнерам. И когда увидел, что его разыскивает знакомый парень, обрадовался случаю улизнуть из круга. Пепе, так звали парня, отозвал Мигеля в сторону и тревожно зашептал:

– Кончай прохлаждаться. Беда.

– Кто-нибудь умер? – спросил Мигель.

– Хуже. В Марокко начался мятеж, республике грозит опасность. Сегодня радио Сеута передало безобидную фразу: «Над всей Испанией безоблачное небо».

– Я слышал этот прогноз погоды, – перебил его Мигель.

– Если бы это был только прогноз, – это пароль контрреволюционеров. Словом, сегодня партийное собрание, приходи вовремя.

Франческа, увидав, что Мигель шепчется в стороне с каким-то парнем, подбежала к ним:

– Вы секретничаете? Сговариваетесь пропустить по стаканчику вина? Ай-ай, как нехорошо. Пошли, Мигель, лучше купаться.

– Не могу. Я должен сейчас уйти.

Франческа надула губы и сердито фыркнула:

– Вечно ты настроение портишь мне.

– Не сердись. Я скоро вернусь.

Мигель не вернулся ни вечером, ни на следующий день. Впрочем, Франческа уже знала, почему так неожиданно он ушел с пляжа. Мятеж, поднятый генералом Франко, всколыхнул страну. На защиту республики поднялись все демократические силы.

Мигель появился у Франчески через месяц. Осунувшийся, с воспаленными от бессонницы глазами, с пистолетом на боку, он робко переступил через порог.

– Можно?

– Входи, пропащая душа, – обрадовалась Франческа. – Думаешь, только ты один и вояка. Небось вместе придется в окопах сидеть, анархисты не отстанут.