Итак, сон — это нечто гораздо большее, чем простая физическая необходимость. Это неизвестный космос со своими измерениями пространства, времени и ощущений, куда мы отправляемся каждые двадцать четыре часа. Когда мы готовимся лечь в постель, каждый из нас становится Колумбом тьмы, пустившимся в путь "к пределам ночи". И поэтому вполне резонно, что мы ощущаем потребность обрести уверенность, прежде чем начнем свое ночное путешествие в неизведанное, приготовить себя психологически к тому, чтобы ставить дневной мир позади.

Основной суточный ритм человека, называемый циркадным, отражает движение Земли, вращающейся вокруг своей оси вместе с обращением вокруг Солнца. Слово «циркадный» происходит от латинских слов "circa dies", что буквально значит "около дня". Подобно обезьянам, в том числе человекообразным, человек — дневное животное, творение дневного света, в отличие от таких ночных существ, как кошки, совы, мотыльки. Люди могут приспособиться спать днем и работать ночью, но наша естественная склонность — быть активным днем, а ночью отдыхать. Днем мы живем в видимом мире, где предметы имеют четкие формы, размеры, цвет и текстуру. При свете дня человек может видеть различие между кустом и диким животным, но в темноте оба они — лишь смутные фигуры без определенной формы. Поэтому, начиная с самых ранних стадий человечества, день предназначен для общения с миром конкретных предметов, для охоты, возделывания полей, изготовления орудий труда, а ночь, когда никакая работа невозможна, создавала естественную паузу в деятельности — она была временем для сна. Мир сна сам по себе кажется пустотой, не имеющей формы, границ, измерений в пространство и времени. Пока мы спим, мы в течение ночи населяем эту пустоту мириадами людей, предметов, видений, звуков — короче говоря, нашими снами. Оба мира — дневной и мир сна — одинаково реальны, сколь бы различными они ни казались.