– Попробуй жареной рыбки?
– Не хочу.
– А салат с грецкими орехами и черносливом?
– Нет.
– Ну, хоть морковку свежую съешь?
– Морковь буду.
И бесполезно заставлять. Мы пытались: и уговаривали, и принуждали. Думали, один раз попробует, потом сам захочет. Под нажимом иногда съедался какой-нибудь деликатес, но видимого удовольствия не приносил. И на следующий день приходилось снова заставлять. Но нельзя же постоянно заставлять. Так и радость от еды совсем пропадет. Иногда требовалось около двух лет, чтобы ребенок научился наслаждаться вкусом крабового салатика или банана.
Что это? Отсутствие любознательности? Нет же, она просто не смогла развиться за ненадобностью. Поэтому, даже в новых условиях приемной семьи, все непривычное и незнакомое вызывает страх и отторжение. А знакомое, даже очень соблазнительное, тоже вызывает страх. Привыкнешь, а у тебя потом отберут – это еще одна боль.
Этого приемные дети никогда не скажут вслух. Это тоже понятно – они не привыкли, что их кто-нибудь услышит. У нас были ребята, которые в свои шесть-семь лет отказывались даже от хорошо знакомых им конфет. Они словно боялись привыкать к хорошему, опасаясь попасть на крючок привязанности страшного и притягательного мира взрослых.
Глава 2
НОВАЯ МАМА
– Уважаемые родители, почитайте книгу о воспитании.
– Не надо, сами справимся как-нибудь.
Любой ребенок, потерявший родителей, больше всего на свете мечтает вновь обрести маму и папу.
И вот новая мама пришла в детский дом, и малыши хватаются за ее юбку и говорят: «Возьми меня себе», и преданно смотрят в глаза. Они вновь хотят обрести защиту в семье. В любой семье. Так утопающий хватается за первый попавшийся предмет, способный поддержать его.