Увидеть и узнать доброе и душевное отношение, принять его как программу собственного отношения к миру может тот, в ком уже есть эти позитивные образы. А мы берем в свои семьи детей, уже познавших несправедливость и боль. Это знание заставляет их тратить больше сил на защиту от возможной агрессии, не доверять советам взрослых, избегать длительной привязанности. Все это приводит к задержке развития и очень часто к неприятию законов человеческого общества.

Если ребенок все-таки успел получить некую долю ласки и заботы от своей мамы или бабушки, то в его ОБРАЗЕ МИРА есть здоровое ядро первообразов. Тогда пришедшая позже информация о страхе, боли и одиночестве может рассматриваться нами как фоновая или резидентная программа. Она тоже очень мешает развитию, нормальной социализации. Она как бы постоянно присутствует в операционной среде, влияет на принятие решений, но не заметна даже самому ребенку. И при этом мешает видеть нашу реальность, мешает расслабиться, начать доверять окружающим людям, поверить в собственные силы.

Катя в 13 лет

– Когда я приехала в Китеж, мне было девять лет. Я еще много не понимала и думала, что здесь, в Китеже, будут бить и надо держаться за братьев. Но потом я поняла, что здесь не надо никого бояться и можно всем доверять.

Известный психолог и философ-гуманист Э. Фромм считал, что «каждый человек вынужден преодолевать свой страх, свою изолированность в мире, свою беспомощность и заброшенность и искать новые формы связи с миром, в котором он хочет обрести безопасность и покой». Это было написано о взрослых, но ведь то же самое, только в более акцентированной степени, происходит с детьми-сиротами и детьми, попавшими в кризисную ситуацию.

Поэтому для работы по изменению ОБРАЗА МИРА сотрудникам Терапевтического сообщества недостаточно помочь ребенку почувствовать себя безопасно в социуме. Это может привести к отсутствию потребности развиваться. Отсутствие вызова расслабляет, но и слишком серьезный вызов заставляет защищаться, закукливаться.