— Нет, — ответил я, сразу решив не уступать. — Брось мне пульт. Я не шучу!

Дебби прижала пульт к груди и покачала головой.

— Дай мне пульт, Дебби! — заорал я на нее.

Она лукаво улыбнулась.

— Нет. Подойди и возьми его сам.

Я уставился на нее, стараясь сообразить, как вывести ее из себя.

— Ладно, оставь его себе. Я пойду наверх и посмотрю телик в спальне, — сказал я, вставая.

Фокус удался. Дебби подскочила, готовая взорваться, но ее остановил звонок в дверь. Я думал, она по своему обыкновению спросит меня, кто там, однако Дебби вдруг засияла наподобие рождественской елки и устремилась к двери. Не знаю, что ее больше обрадовало — возможность с кем-то пообщаться или мое явное недовольство при мысли о вторжении незваных гостей. Скорее всего и то, и другое.

Она открыла дверь. Там стояла невзрачная на вид супружеская пара средних лет в растянутых на коленях штанах и с натянутыми улыбками. Очевидно, наши соседи. Я прожил в новом доме четыре недели, но до сих пор Бог меня миловал, так что я не сталкивался с ними. Похоже, они устали ждать случайной встречи, решили взять быка за рога и пришли с тортом.

Только этого мне не хватало!

— Алан Робинсон, — сказал один из них, чуть более мужественного вида. — А это моя жена Бренда. Мы живем напротив, чуть наискосок. Вот заскочили познакомиться с вами.

«Не стоило беспокоиться!» — чуть было не ляпнул я, но вместо этого представился им и познакомил с Дебби.

Алан протянул мне руку. Я сделал то же самое — и мгновенно проникся к нему неприязнью. По тому, как человек пожимает вам руку, о нем многое можно сказать. Алан, как я понял, принадлежал к тому типу людей, которые обожают ставить других в невыгодное положение, поскольку он схватил мои пальцы и сжал их, не дав возможности ответить ему тем же. Такой трюк имеет двойной эффект: во-первых, пальцы больно сдавливаются, и тот, кто жмет вам руку, кажется сильнее, а во-вторых, у вас нет ни единого шанса сделать то же самое, и ваше рукопожатие выглядит вялым.