они два-три раза попытались заступиться за кадетов, но явно опозорились и спрятались. Кадетские прихвостни - меньшевики уже потеряли кредит. Дискуссионная арена осталась за большевиками и кадетами. Борьба между ними заполнила собой митинги. Эсеры и трудовики отклоняют переговоры с кадетами. Народные социалисты колеблются. Большевики становятся во главе избирательной борьбы.

Где были в это время меньшевики?

Они толковали с кадетами относительно трех депутатских мест. Это невероятно, но это факт, и наша обязанность - открыто сказать правду.

Большевики заявляют: долой гегемонию кадетов!

Меньшевики же отвергают этот лозунг и тем самым подчиняются гегемонии кадетов, плетутся в хвосте за ними.

Тем временем происходят выборы по рабочей курии. Выясняется, что в меньшевистских районах рабочие почти везде избрали уполномоченными эсеров. “Мы не можем голосовать за соглашателей с кадетами, эсеры все же лучше их”, - так, оказывается, говорили рабочие. Рабочие называют социал-демократов либералами и предпочитают итти с буржуазными демократами, с эсерами. Вот к чему привел оппортунизм меньшевиков!

Большевики продолжают вести свою непримиримую тактику и призывают все революционные элементы сплотиться вокруг пролетариата. Эсеры и трудовики открыто присоединяются к большевистскому лозунгу: долой гегемонию кадетов! Народные социалисты порывают с кадетами. Для всех становится очевидным, что соглашение между социал-демократами и эсерами- трудовиками ни в коем случае не разобьет голоса настолько, чтобы победили черносотенцы. Победить должны либо кадеты, либо крайние левые, - “черносотенная опасность” - фантазия.

Тем временем кадеты прекращают переговоры с меньшевиками. Видимо, дело не выгорело. Большевики же заключили соглашение с эсерами, трудовиками и народными социалистами, изолировали кадетов и повели общее наступление против реакции и кадетов. В Петербурге