То, что увидел Глеб, не поддается описанию! Он замер в оцепенении, словно некто выключил его, как выключают электрический прибор. Глеб перестал что-либо чувствовать и соображать… А в ванной шумела вода. Душ. У них в доме две ванные комнаты – внизу и наверху рядом со спальней. В ванной текла вода, а у Глеба в венах застыла кровь, казалось, все жилы под кожей вот-вот лопнут. Не в силах сдерживать напряжение, он ахнул кулаком по стене и закричал, как от боли…

Нина вымыла руки в дамской комнате, вытирая их, посмотрела на свое отражение. Почти двенадцать ночи было, а выглядела она, как свежий бутончик, не чувствовала усталости, впрочем, энергии в ней – хватит на десятерых. Некоторые знакомые утверждали, что Нина – искра, из которой, не приведи бог, возгорится пламя. В самом деле, Нина все делала быстро, решения принимала мгновенно, если ошибалась, тут же находила массу выходов, умела наладить контакты с самыми разнообразными людьми и не имела привычки впадать в уныние. Да, теперь она никогда не унывала.

Подумать только, еще два года назад она была на грани помешательства. Нина осталась тогда без любимого (вот бы черт прокрутил его в мясорубке!), без работы, без малейших перспектив. И это произошло в двадцать шесть лет! Приятельница помогла устроиться на работу… менеджером по уборке. Замечательно, что есть такие красивые слова! Особенно если не знаешь, как на самом деле это выглядит. А выглядит так: приходишь утром в офис, берешь швабру, тряпку, веник и вперед – на ниву менеджмента! То есть на уборку офиса похотливого хорька, считавшего своим долгом хлопнуть Нину по попке или зажать в углу, когда она попадалась ему в темном месте.