Дальнейший выход эскадры задержал "Ретвизан", спешно кончавший заделку пробоины, полученной накануне.

Нетерпеливый командир "Севастополя" Эссен двинулся было к выходу из гавани, но тотчас же был остановлен сигналом командующего флотом.

Едва "Ретвизан" двинулся с места, как замешкался "Пересвет". Не понимая, в чем дело, Эссен по семафору справился у командира броненосца Бойсмана о причине задержки и, узнав, что виноват Ухтомский, посоветовал ему освободиться от адмирала.

- Сразу у вас, Василий Арсеньевич, ход прибавится на два-три узла, рекомендовал он Бойсману.

- Мне штабные крысы совсем дышать не дают. Лучше миноносцем командовать, чем плавать вместе с таким контр-адмиралом, как Ухтомский, - жаловался в ответ Бойсман.

Вмешательство Эссена все же возымело свое действие. "Пересвет" двинулся в проход. За ним следом пошел и "Севастополь".

Только в половине девятого утра, через три с половиной часа после выхода "Новика", эскадра сосредоточилась на внешнем рейде.

- Боевая эскадра, а, идя на прорыв, ползет, как черепаха, - возмущался Эссен. - Да за это время суда от Владивостока можно подтянуть к Артуру.

- Тем не менее адмирал Того что-то запаздывает, - заметил Акинфиев, находившийся в распоряжении командира.

- Ждет нас в открытом море, подальше от крепостных батарей, - ответил старший офицер капитан второго ранга Бахметьев.

Было девять часов утра. Изрядно парило. На море стояло марево тумана, сквозь которое опять замаячили японские суда. Эскадра все еще стояла на внешнем рейде, вытянувшись в кильватерную колонну вдоль берега от Золотой горы до Ляотешаня.

- Пора бы и трогаться, - нетерпеливо заметил Акинфиев. - Кажется, все в сборе.

С "Цесаревича" засигналили.

- "Флот извещается, что государь император приказал идти во Владивосток", - доложил Эссену вахтенный офицер, разбиравший сигнал.