«Так оно и будет, — подумал Джерри. — Не стоит больше строить на этот счет никаких иллюзий».

— Куда мы поедем? — спросил он, медленно выруливая на шоссе.

— Езжайте пока прямо! Потом я скажу вам… — проговорила миссис Польсон, как бы ненароком прижимаясь боком к Джерри.

Он чувствовал на своем плече мягкую тяжесть ее горячего дряблого тела и не находил в себе смелости освободиться от него. Проехав по автостраде около трех миль, повернули по ее команде налево. Шины заскрипели по мелкому гравию, и деревья над машиной скрыли небо.

— Остановитесь! — приказала она вдруг охрипшим голосом. Он сделал вид, что не расслышал и продолжал давить ногой на акселератор.

— Джерри, мой милый мальчик, я просила вас остановиться, — прошептала она ему прямо в ухо. — Я хочу вам что-то сказать.

Ее рука в ту же минуту повернула ключ зажигания, и машина медленно остановилась.

Гомслей, сжав руками руль, упрямо и пристально смотрел в темноту. Минуту оба молчали.

— Джерри, дорогой мой, вы действительно очень красивый мальчик, — миссис Польсон коснулась его руки. Гомслей непроизвольно отстранился от нее.

— Очень счастлив, если вы так думаете, — тихо ответил он. — Я, право, очень польщен.

Женщина прерывисто дышала ему прямо в лицо.

— Мой маленький Джерри, — с придыханием прошептала она. — Вы самый милый мальчик, которого мне когда-либо приходилось встречать. Не знаю, что об этом мог бы подумать мой муж, но мне хочется быть с вами особенно ласковой…

Он снова содрогнулся.

— Но, миссис Польсон, вы ко мне и так необыкновенно добры, — ответил он. — Вы делали мне такие подарки, что, пожалуй, невозможно желать большего…

— У меня есть еще кое-что для тебя, что я еще не дала тебе, — проговорила она осипшим от волнения голосом. — Джерри! Я с ума схожу от тебя, ты делаешь меня сумасшедшей!

Она протянула свои руки и сжала его голову. Затем притянула к себе и стала страстно целовать в губы, в глаза, в щеки… Его тошнило от этого мокрого рта. Превозмогая внушаемое ею отвращение, он уперся руками ей в грудь и с силой оттолкнул от себя.