Генри хмуро посмотрел на него.

— Ты разве не слышал, что сказал тебе Польсон. Вставай и занимайся делом! И не показывайся мне на глаза до тех пор, пока что-нибудь не раскопаешь.

Джек встал.

— Говоря откровенно, патрон, — он, наконец, решился прямо высказать свою точку зрения, — мне эта история совершенно не нравится. Я считаю, что у меня нет никаких шансов зацепить Гомслея, а, кроме того, я считаю его порядочным парнем…

Генри нетерпеливым движением руки остановил Джека и присел на краешек письменного стола.

— Я знаю все, что ты мне скажешь. И тем не менее хочу тебя серьезно предупредить. Несмотря ни на что, ты должен что-нибудь найти на Гомслея. Если старик не получит того, что хочет, мы с тобой оба недолго пробудем в этой газете. Я его хорошо знаю. Ты даже представить себе не можешь, что он сделает с нами в таком случае.

— Но что вы хотите? — в голосе Джека прозвучало отчаяние. — Что именно я должен найти, в конце концов. Я знаю Гомслея и могу сказать заранее, что за ним нет каких-либо больших грехов. — Это твое дело, — Генри поморщился. — Мне противно тебе это говорить, но если ты ничего не найдешь, то постараешься что-нибудь выдумать. Я слишком стар, чтобы искать другую работу.

Джек покачал головой — Конечно, — проговорил он. — Я приложу все силы, чтобы что-то раскопать. Но выдумывать ничего не буду, даже ради жены Польсона, вообразившей, будто к ней вернулась вторая молодость. Если ничего не найду, подам в отставку, потому, что не чувствую себя способным фабриковать истории по заказу — Может быть, ты и прав, — тяжело вздохнул Генри. — Но, черт тебя возьми, ищи хорошенько! Это лучший выход для нас обоих.

— Договорились, — Джек поднялся с кресла и вышел из кабинета.

Глава 3

4 июля. Полночь.

На углу улицы скучал полицейский, лениво поигрывая своей дубинкой.