— Предоставь мне самому уладить все это, — сказал Мендетта прежде, чем положить трубку — Я беру Польсона на себя.

Из ванной вышла Джейн. Она была чертовски хороша в своем шелковом пеньюаре. Может быть, немного великоват рот, а так высокая, с широкими плечами, тонкой талией и округлыми бедрами, она впечатляла…

— Кто это звонил так поздно? — спросила она. Мендетта, склонясь над столом, собирал карты. У него пропало желание заниматься гаданием.

— Грентом, — не вдаваясь в подробности, ответил он, заботливо укладывая колоду в футляр.

— Чего он хотел? Ведь время за полночь, — бросила она, взглянув на часы.

Мендетта, сделав еще один глоток виски, согласно кивнул головой:

— Знаю. Иди ложись. Я скоро приду. Она отвернулась, чтобы он не заметил ее враждебного взгляда.

— Что-нибудь случилось? Какие-то неприятности:

— Неприятности всегда есть, — ответил он, погасив сигару. — И я живу для того, чтобы от них избавляться.

Он тяжело двинулся к ней и положил свою тяжелую руку на ее бедро.

— Иди ложись. Я не задержусь.

— Тоотси, мне нужно знать, — сказала она настойчиво, — ничего не случилось в клубе? В его глазах сверкнул гнев. — Нигде ничего не случилось. А если и случилось, то это мое дело! — он подтолкнул ее к дверям спальни. — Я сказал тебе — в кровать! — и сильно ударил по ягодицам.

Джейн прошла через спальню, отодвинула занавес на окне и посмотрела на улицу. Ей понадобилось некоторое время, чтобы вернуть спокойствие. Если бы Мендетта в эту минуту мог видеть, выражение ее лица, он почувствовал бы себя неуютно. Грубый, бесцеремонный, никогда не считавшийся с ее чувствами и настроением, он сам подготовил то, что должно было произойти…

Равена спокойно перешел улицу и направился к дому. У самого подъезда он, вдруг, остановился и наклонился, делая вид, что завязывает шнурок на ботинке. Его шляпа была надвинута на самые глаза, и никому бы не пришло в голову, что в это время он внимательно осматривает подъезд. В его тени Равена заметил человека, одетого во все черное. Он был так неподвижен и так сливался с густой тенью, что Равена едва различил его на фоне стены. Человек держал руки в карманах пальто и равнодушным взглядом проводил Равену, притворившегося слегка подвыпившим запоздалым прохожим.