Все эти отметины были хорошо известны Гвидо, он знал историю каждой из них. Ничего нового не прибавилось. Спавший человек много выстрадал, но никогда раньше эти страдания не зависели от него самого.

Раздумья Гвидо прервал Пьетро, вошедший на кухню с двумя корзинами в руках. Увидев там хозяина, он от удивления остановился, как вкопанный.

- Я думал, ты сегодня позже приедешь, - сказал паренек, ставя корзины на стол.

- Старый друг объявился, - объяснил Гвидо, поднимаясь со стула и заглядывая в корзины.

Пьетро стал вынимать оттуда и раскладывать на столе перед Гвидо фрукты и овощи.

- Быстро же этому другу удалось оторвать тебя от постели больной матери.

- Это мой очень близкий друг. Сейчас он спит.

* * *

Пьетро был любопытен. Он работал на Гвидо уже четыре года, с тех самых пор, как тот поймал его, когда Пьетро пытался снять колпаки с колес его автомобиля. Отдубасив паренька, Гвидо стал его расспрашивать. Потом, узнав, что Пьетро - бездомный, Гвидо взял его с собой в пансион, накормил и оставил жить в каморке под лестницей.

Пьетро тогда понятия не имел, - впрочем, как и теперь, - что он напомнил Гвидо самого себя в таком же возрасте.

Гвидо всегда обращался с парнишкой так же, как в день их знакомства грубовато, резко, словно не испытывал ни малейшей привязанности к нему. Пьетро, подыгрывая ему, в свою очередь, вел себя так же нахально и непочтительно, как при первой встрече. Они оба чувствовали взаимную симпатию, но никогда не проявляли ее открыто. Такого типа отношения для эмоциональных итальянцев были большой редкостью. С годами Пьетро стал правой рукой Гвидо, и вместе с двумя пожилыми официантами, которые обслуживали клиентов за обедом и за ужином, они вели в небольшом пансионе практически все дела.