— 3-я танковая армия (Payсс).

Для того чтобы более точно оценить соотношение сил, приведем только один пример. 4-я танковая армия, которой командовал генерал бронетанковых войск Грезер, могла противопоставить наступавшим частям 1-го Украинского фронта только семь пехотных дивизий. Этих сил явно было недостаточно, чтобы сдержать советское наступление.

Между 12 и 15 января 1945 года, во время генерального зимнего наступления, советские войска смогли прорвать немецкий фронт по Висле и реке Нарев. Части под командованием маршала Жукова (1-й Белорусский фронт) к 31 января смогли достигнуть немецких городов Франкфурт-на-Одере и Кюстрин. На данном участке Восточного фронта им удалось форсировать реку и образовать несколько плацдармов на западном берегу. Один из плацдармов находился севернее Фюрстенберга, плацдарм поменьше — к югу от Франкфурта и еще два крупных плацдарма — к югу и к северу от Кюстрина. Таким образом, Красная Армия пыталась занять предельно выгодные позиции для последующего наступления на Берлин. В планах советского командования было захватить все транспортные узлы, располагавшиеся между Франкфуртом и Кюстрином. Благодаря этому советские войска могли без особых проблем форсировать Одер. Но, как оказалось, полученное во время стремительного январского наступления тактическое преимущество не могло быть использовано Красной Армией, так как передовые части, располагавшиеся по Одеру, были лишены не только резервов, но и необходимого снабжения. Сами же линии снабжения оказались очень вытянутыми с запада на восток. Недостаток продовольствия приводил к тому, что во многих тыловых частях Красной Армии стали развиваться такие позорные явления, как мародерство и насилие над мирным населением. Впрочем, советское командование всеми силами пыталось бороться с грабежами в оперативном тылу. Но ни одна из советских частей не была охвачена проявлениями распада. Повсюду соблюдалась жесткая дисциплина. В первую очередь это касалось подразделений, находившихся на передовой.