Когда Россия прирастала Сибирью, ни у кого не возникало вопросов о праве русских занять целый континент. Кто хотел остановить нас или оспорить суверенитет на пограничных территориях, убедительно получили по зубам. Японцы помнят Хасан и Халхин-Гол, но в сегодняшней ситуации от этого еще больше звереют.

Понятно, что есть геополитические интересы, тут нас учить не надо. Но если не хотим отдавать, надо деньги вкладывать, народ привлекать. А у нас в Москву все стекается, а на периферии — пустые скалы в море и безнадежная тоска.

Деньги — единственная страсть, которую постоянно испытывает руководитель территории, “сидящий на хозяйстве”. Но в отличие от организатора производства, создающего средства за счет развития предприятия, “руководитель территории”, нисколько не заинтересованный в промышленном росте, добывает деньги там, где можно использовать привилегии, где не требуется крупных капиталовложений или же напротив, там, где кто-то намерился вложить деньги и есть административные рычаги выживания из него дополнительных средств “детишкам на молочишко”. Именно поэтому бюрократия Москвы симпатизирует банкам-ростовщикам и покровительствует торговым посредникам, нисколько не заботясь о материальном или научно-техническом производстве, именно поэтому строительные монстры громоздят в Москве фантастически дорогое жилье, безумно шикарные гостиницы и торговые центры, более похожие на выставочные залы. Не беда, что промышленная и научная жизнь Москвы едва теплится, главное — не иссякает поток денег в городскую казну, которую можно без особого напряжения приватизировать.

Если мэр столицы протестует против упорядочения деятельности “челноков”, значит именно с их торгово-посреднических операций легче всего получить разного рода доходы.