Итак, в уточненном виде вопрос звучит следующим образом: «Почему исламские экстремисты стремятся нас убить?» Задавая этот вопрос, мы пытаемся понять, что же отличает нас от них, так как именно в этом отличии, по-видимому, кроется движущая сила терроризма. Террористы выступают против самих основ американского общества—к этому выводу приходят все участники дискуссии. Для учеников это выглядит так: различие между ними и нами — это «наличие свободы и демократии».

Правое крыло американской политики в своем анализе событий 11 сентября остается примерно на том же уровне. Например, по мнению обозревателя The New York Observer Ричарда Брукшайзера, для террористов совершенно нестерпим тот факт, что Америка «велика и могущественна». Брукшайзер пишет:

«Соединенные Штаты воспринимаются ими как воплощение доминантной мировой системы — империи капитализма и демократии. Нью-Йорк же воспринимается как центр этой системы, средоточие мирового богатства. Любой человек, раздумывающий о своей участи и чувствующий себя несчастным, глядя на нас — на страну и на мегаполис, — видит альтернативу собственному существованию. Будучи целеустремленным, он попробует приехать сюда или постарается подражать нам. Если'он на что-то обижен, он будет считать, что мы за это в ответе. Если он обладает ресурсами враждебной нам цивилизации, то он будет стремиться убить нас… Неудачники мира сего ненавидят нас за то, что мы сильные, богатые и хорошие (во всяком случае мы лучше, чем они). И хотя эта ненависть воплотилась в жизнь, мы все-таки восстановим Всемирный торговый центр, его история еще не завершена».

Тема зависти и ревности играет существенную роль в правой прессе. Томас Фридман, автор слов «они нас ненавидят», за несколько месяцев до 11 сентября на страницах Chicago Tribune рассуждал о «чистой зависти». «Даже среди демократических индустриальных стран, — пишет он, — назревает протест против статуса Америки как самой богатой страны мира, ее исключительной силы, ее господствующей культуры».