Монархи, даже сам Великий Фридрих, не гнушались брать в руки лопату и надевать передник. Существование высших степеней было тщательно от них (монархов) скрываемо, и они знали о масонстве лишь то, что можно было им без опасности сообщить. Им ничто не могло внушить опасений, пока они находились на низших ступенях, куда суть масонских вожделений проникала смутно и была затемнена аллегориями; большинство видело здесь лишь развлечения магией да веселые банкеты, тешились неприменимыми к жизни формулами и игрою в равенство. Но игра обратилась в глубокожизненную драму. Случилось так, что самые гордые и все презирающие люди покрыли своим именем тайные замыслы, направленные против них же самих и влиянием своих слепо служили тем, кто желал их гибели" (том 3, глава "Революционеры-мистики").

"Масонство, — пишет исследователь истории масонства Фара, — после 1789 года, основало целый ряд, так сказать открытых филиальных отделений, в виде политических клубов и партий, а так же тайных обществ, которые, исполняя волю руководителей масонства, подготовляли революционные вспышки. Главнейшим тайным отделением масонства является общество Карбонариев, главных устроителей масонства в Италии. Это общество основанное в начале XIX века, является ответвлением не только масонства, но и секты Иллюминатов, созданной Веестгауптом и Книгге и работавшей в тесном контакте с ложами". Дешен, исследователь тайный обществ пришел к заключению, что "ложи были колыбелью и рассадником знаменитого общества карбонариев". "Степени их иерархии соответствуют степеням франк-масонства… они пользуются масонскими символами, но маскируют их чтобы внушить доверие".

Спрашивается зачем масонам понадобилось создавать новую организацию, почему оно не воспользовалось существующими масонскими ложами? "Ответ очень прост, — отвечает Фара. — Уже в конце XVIII века масонство стало настолько распространенным, его пагубная деятельность настолько известной, что ордену трудно было, особенно в Италии, продолжать свою борьбу с христианством и с государственностью в лице Папы, не окутав себя еще новой, не раскрытой тайной.