Мы иногда говорим о воле так, как если бы она была подобна мускулам,- либо слабая, либо сильная. Такого рода эпитеты легко делают неразличимыми некоторые весьма важные особенности человеческого поведения. Воля в нас сама по себе не является слабой или сильной. Скорее могут быть слабыми или сильными мотивы, побуждения наших поступков. Важно также понять, что причины для доброго, хорошего поведения - это совсем не то же самое, что мотивы. Мы можем легко перечислить множество положительных причин для тех или иных поступков, но они все же не будут теми мотивами, которые двигают нами. Латинское слово «мовере» означает «двигаться» - именно от этого слова происходит слово «мотив».

В самом начале мы говорили о том, что каждая личность есть нечто совершенно уникальное. Поэтому понятно, что то, что будет двигать, побуждать к действию одного человека, может оставить другого человека совершенно равнодушным. Для того чтобы хорошая причина стала мотивом для воли, ее положительность должна быть каким-то образом доказана данному лицу с совершенной несомненностью. Настойчивое требование со стороны имеющего власть не может само по себе привести к формированию добродетели. Оно может привести к согласию сделать то или другое, к конформизму. Но такое согласие само по себе не всегда является добродетелью. Добродетель должна исходить изнутри личности. Она должна быть продуктом внутреннего действия воли, ищущей добра, а эта воля даст ответ только на те мотивы, положительность которых не подвергается сомнению.

Психологи, изучающие мотивацию человеческого поведения, пришли к выводу, что положительные усилители воли (награда за хорошее поведение) - несравненно эффективнее негативных (наказание за плохое поведение).