Мы можем что-то делать для них, явно пытаясь заполучить их любовь. Мы можем идти к ним навстречу, протягивая руки. В одной руке будет наш дар для них, другая же будет ожидать ответного дара. Мы даже можем обманываться, думая, что это и есть любовь.

Мы знаем, что наше одиночество может быть заполнено только любовью других. Мы знаем, что для нашего счастья мы должны чувствовать, знать, что нас любят. Парадокс же состоит в том, что, если мы стремимся заполнить пустоту, порождаемую нашим одиночеством, ища любви других, мы никогда не найдем утешения, а будем лишь чувствовать еще большее одиночество. Совершенно справедливо, что «вы - никто до тех пор, пока кто-нибудь вас не полюбит». Только тот, кто испытал любовь к себе, способен к возрастанию как личность. Пугающая, но совершенно истинная реальность человеческого существования в том, что, любя меня или отказывая мне в любви, другие как бы держат в своих руках возможности моего возрастания и достижения зрелости. Большинство из нас, движимые нашими собственными мучительными проблемами и нуждами, стоят по отношению к жизни и к другим людям в положении просителей. Мы подобны тем, о которых писал К.С. Льюис в своей книге «Четыре любви»: «…эти трогательные люди… просто хотят иметь друзей и… ничего другого никогда не могли и не могут делать. Единственное же условие для того, чтобы иметь друзей, состоит в том, чтобы мы хотели чего-нибудь еще, кроме друзей». Большинству из нас знакома эта потребность быть любимыми, и мы стремимся найти эту столь необходимую нам любовь у других. Однако парадокс остается непоколебимым: если мы ищем любовь, в которой так нуждаемся, мы никогда не найдем ее. Мы погибли.

Любовь принесет с собой решение наших проблем, но мы должны понять один простой факт: для того чтобы стать любимыми, мы должны стать любящими.