— Мелочь, а приятно.

Я записала новый номер мобильного, и мы простились.

В пятницу меня полностью поглотила работа. После обеда мы столкнулись с папой в коридоре.

— Прекрасно выглядишь, — прокомментировал Серебров-старший мой внешний вид.

— И тебе желаю, — поддержала я разговор, огляделась и, не заметив в коридоре никого из сотрудников, чмокнула папу в выбритую щеку. Щека пахнула родным парфюмом и запахом табака.

— Как документы по сахарному заводу?

— Уже почти готовы. А ты, между прочим, мог бы и предупредить, что забрал из моего стола конверт с фотографиями.

— А это так важно? — наигранно удивился папа.

— В общем-то нет, но я успела нафантазировать себе коварных бандитов, которые потрошат по вечерам ящики наших офисов.

— Брось, мне было просто интересно. Забыл тебе сказать, что взял конверт.

— И есть какие-то мысли по этому поводу?

— Да нет пока. Странно это…

— Думаю, сегодня вечером мне удастся разрешить эту странность.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне какая-то женщина назначила встречу, — сообщила я, понимая, что баба-яга в лице папы, естественно, будет против моего рандеву.

— И ты собираешься туда идти? — не на шутку взъерепенился папа.

— Не переживай, я буду не одна.

— А с кем?

— Папочка, я уже давно взрослая девочка. Ничего со мной не сделается. Просто выясню, откуда у этой женщины мои детские фотографии, и дело с концом.

— И когда встреча?

— Сегодня в семь. И не смей запрещать мне ехать!

— Тебе запретишь…

Мы расстались, и я вернулась в свой кабинет пересчитывать цифры тендерного предложения.

Около половины пятого я набрала новый Ларискин мобильный. Трубку долго не снимали, но потом подруга все же отозвалась:

— Алло!

— Звезда моя, где твой Иван?

— Е-мое, Анечка, ты не представляешь! Тут такое случилось! Иван растянул ногу, мы в больнице, — виновато сообщила подруга.