Вэй Цзиншэну довелось услышать, что между руководителями в Пекине существовали разногласия по вопросу о приговоре. Дэн Сяопин и близкие к нему руководители требовали смертной казни, в то время как Чэнь Юнь и другие настаивали на том, чтобы в отношении Вэй Цзиншэна вообще не выносился приговор. Ли Сяньнянь предложил компромиссное решение, сказав, что следует принять следующую формулу: "Наказание должно быть тяжелым, но это не должна быть смертная казнь". Именно такая директива и была принята руководством КПК и доведена до суда. Суд города Пекина, где рассматривалось дело, повторно обратился к высшим руководителям, ссылаясь на то, что он поставлен в затруднительное положение, ибо упомянутую директиву трудно реализовать на практике. Тогда сверху было спущено уточнение: "Пятнадцать лет - это и будет достаточно тяжелое наказание". И суд по прямому указанию руководства КПК, а не на основе законов приговорил Вэй Цзиншэна к пятнадцати годам тюремного заключения.

В то время в новом уголовном кодексе пятнадцатилетний срок тюремного заключения был самым большим наказанием. Вэй Цзиншэн, услышав приговор, был изумлен тем, что его не приговорили к смертной казни. После вынесения приговора его долго держали в камере смертников. По существовавшим тогда правилам в такой камере приговоренных к смертной казни держали не более двух месяцев, так как условия там таковы, что через два месяца заключенный погибает и без приведения приговора в исполнение. Вэй Цзиншэна содержали в таких условиях восемь месяцев.

Одно из писем Вэй Цзиншэна дошло к председателю Постоянного комитета (ПК) ВСНП (Всекитайского Собрания Народных Представителей) Пэн Чжэню. Спустя неделю после этого Вэй Цзиншэна перевели в обычную камеру в той же тюрьме Баньбуцяо, туда, где он сидел раньше. Его поместили в той части тюрьмы, где в каждой камере сидел только один настоящий заключенный. Кроме него в той же камере был еще один человек - подсадной заключенный, задача которого состояла в том, чтобы наблюдать за поведением политзаключенного. Политзаключенных при этом систематически избивали, и так продолжалось день за днем. Расчет был на то, что человек в результате всего этого потеряет волю.