– А как этот Максим намерен получить деньги от продажи?
– В письме он оставил реквизиты банка и номер счета.
– И что же дамочка от нас хочет?
– Чтобы мы помогли разыскать ее Максима.
– Ничего у нее не получится, – убежденно произнес я. – Если Максим прячется, значит, он вовсе не хочет, чтобы дамочка его нашла. От такой красавицы я тоже бы спрятался, только не в секретном гарнизоне, а в амазонской сельве.
Мы молчали. Ирэн сказала все, что считала нужным, и теперь ждала вопросов, пребывая в излюбленной позе деловой женщины. Не поза, а маскировочный халат, который скрывал от моих глаз все то, что выделяло в Ирэн женщину. Я снова потянулся к холодильнику за минералкой.
– Ты обедал? – спросила Ирэн.
Протуберанцы естества прорвали маскировочный халат. Этот вопрос задала уже не инспектор частного сыскного агентства Ирэн, а девчонка с неустроенной личной жизнью, влюбленная в меня уже не один год. Вопрос прозвучал естественно, без напряженной фальши и расчетливости, как спрашивает мать у ребенка или жена у мужа. Внешне Ирэн выглядела по-прежнему, но в ее светлой головушке царствовали уже другие мысли: о пустом холодильнике, о моем питании и еще бог весть о чем, и подобные перевоплощения для меня всегда были неожиданностью.
Я ответил, что обедал в шашлычной у Самвела, но Ирэн уже перелетела в другую область, ее мысли продолжали расслабляться, отдыхая от проблем незнакомой дамочки.
– А я вчера с парашютом прыгала, – сказала она. – В связке с инструктором. С высоты три тысячи метров. Половину пути в свободном падении, а потом под парашютом. Обалденные ощущения! Облака снизу надвигаются, внутри у тебя все сжимается, вся физиономия в слезах…
– Давай закругляться, – сказал я, взглянув на часы. – Скажи ей, что мы ничем ей помочь не можем.
– Напрасно, – ответила Ирэн.
Я смотрел на ее высокий чистый лоб. А что, если ей напустить на него челку? Может, так ей будет лучше?