Я улыбнулся и спросил:

— Вы украли миллион, не так ли?

— И уже его истратил, — поспешно вставил Турли.

— Не так-то легко истратить миллион за короткое время. Думаю, у вас кое-что осталось.

Турли нахмурился.

— Десять тысяч. Это все, чем я располагаю.

— А я рассчитывал на двадцать пять, — сказал я.

— Идите к черту!

— Турли, — сказал я тихо, — здесь я могу стать для вас богом или чертом. Подумайте!

— Хорошо, двадцать пять, только мне нужно передать домой письмо.

— Пишите его здесь. Вот ручка, бумага. Напишите, что деньги вам нужны сотенными купюрами. Пусть их завернут в тугой сверток и выбросят на ходу из машины на углу сорок второй улицы и Джейджей в пятницу в десять часов вечера.

— Заранее все продумали?—с издевкой спросил Турли.

— А как же, — сказал я, — кстати, не вздумайте писать, зачем вам деньги. И никаких имен!

Когда он кончил писать, я взял письмо, вложил его в конверт и сказал:

— Напишите адрес, я опущу письмо в городе сам. Нам ведь не нужно, чтобы его проверяла цензура. Завтра вы выходите на работу в тюремную библиотеку, но если в пятницу что-нибудь сорвется — вам не поздоровится, учтите.

В пятницу все прошло точно по плану. Я снял номер в гостинице, пересчитал деньги, поехал в банк у положил их в свой сейф. Ночь я провел в гостинице, а утром, когда приехал в тюрьму, Эд Поллард уже ждал меня. Его перекошенное злобой лицо было покрыто красными пятнами.

— Я бы хотел знать, почему Турли работает в библиотеке! — выпалил он.

— Ты знаешь, Эд, что я всегда даю заключенному работу, которая ему больше всего подходит, — сказал я.

— Ты обращаешься с ним, как с гостем. Он, наверное, гость, который платит?

Я вздохнул.

— Представь себя на моем месте, Эд. Что бы ты сделал?

— Уж я бы заставил его попотеть! Сам бы над ним стоял и не отходил! — закричал Эд.