– Я продолжаю рассказывать, – сказал капитан.

– Продолжай. И где Актемар сейчас?

– Нет координат. Даже по трубке сотового телефона найти его не смогли. Уже знает, похоже, о возможности поиска через спутники. Сменил сим-карту. Кто-то говорит, что он в лесу, кто-то – что рассеял джамаат по окружным селам, а сам прячется в городе, но собирает своих в течение часа или двух и убивает людей выборочно, по не совсем понятному нам принципу: от руководителей следственной службы до офицеров финансового отдела. Кстати, водитель машины, сбившей Индарби, после аварии остался жив, хотя сильно пострадал, был доставлен в реанимацию, но там же ночью был застрелен из пистолета с глушителем. Убийцу никто не видел. Возможно, у Актемара такие длинные руки, а возможно, сам Актемар здесь ни при чем и кто-то убрал человека, способного сказать лишнее. Но факт остается фактом – Дошлукаев начал боевые действия.

– Ага… Воевать, значит, снова пошел… «Эффект бабочки», – сказал полковник Семиверстов.

– Что, товарищ полковник? – не понял капитан.

– Слышал про такого человека – Эдвард Лоренц?

– Это какой-то кинолог? Австриец, кажется…

– Нет. Кинолога зовут Конрад Лоренц, он точно – австриец. А этот – Эдвард, американец, математик и метеоролог, но тоже ученый достаточно известный, автор так называемой «теории хаоса». Так вот, этот Эдвард Лоренц дал такое определение, как «эффект бабочки». Бабочка, взмахивающая крыльями в одном конкретном месте, может этим своим движением вызвать торнадо на другом конце света. Дальше – больше: одно торнадо порождает другое, то – еще что-то, и начинается «эффект домино». Так и в твоем рассказе… Полетевшая по ветру газета где-то там, в Америке, по ту сторону земного шара, заставила Актемара Баштаровича Дошлукаева взяться за оружие в Чечне… Только я пока не вижу связи между этими двумя фактами, а связи быть должны, и основательные…

– Я, товарищ полковник, еще не успел эти связи обозначить.