Так же быстро иссяк энтузиазм по выдумыванию общинных наказаний за преступления. Все общины довольно быстро пришли к мысли, что преступнику лучше не знать, как его накажут. Ему нужно знать только, что его накажут так, что другим будет неповадно. Общины просто определили виды наказаний, а выбирать их в каждом конкретном случае доверили своим судьям. Список наказаний обычно открывают телесные наказания, повсеместно применяемые к детям, подросткам и жителям общины, не имеющим детей. (Такие граждане, как правило, не считаются полноценными и в общине ограничены в правах, даже если при этом они являются полноценными гражданами страны). Как правило, в качестве наказания применяется домашний арест, при котором наказанный не имеет права покидать свой двор, за исключением работы, и никто не имеет права его посещать. И обязательно в качестве наказания применялась смертная казнь. (В процессе построения Коммунизма к преступникам относились крайне отрицательно, считая их разновидностью животных).

Непосредственно в общинах суды встречаются редко, как правило, только в очень крупных общинах. Обычно несколько общин избирают пожизненно одного достойного Человека судьей и поручают ему пресечь преступность против граждан объединившихся общин. И судьи с преступностью быстро справились. При обострении преступности они были беспощадны, особенно к рецидивистам или явно выраженным моральным уродам. При спаде преступности суды ограничивались поркой или домашним арестом.

Где бы предусмотренное Уголовным Уложением преступление ни было совершено, судит преступника суд общины, из которой был потерпевший. Никаких других вышестоящих судов нет. Просить помилования или снисхождения можно только у общины, на граждан которой преступник покусился. Если судья приговаривал к смерти, а община в помиловании отказывала, то больше никто это дело не рассматривал - преступника забирал губернатор и казнил немедленно.

Собственно говоря, в стране есть суд с названием “Верховный”.