Премудрость созывает и приглашает к себе всех, кто се слышит (например, 9:4-5); но и блудница зазывает к себе. Парадоксальная параллельность внешних черт ситуации явно осознана и подчеркнута: блудница соблазняет юношу тем, что не далее как сегодня заколола по обету жертву z-^z- [шелампм]. а потому имеет в доме достаточно мяса для пира (Прит. 7:14). - но Премудрость также заколола жертвы (буквально «заколола заколаемое», 9:2), приготовила вино и теперь зовет на пир (9:5). Публичное явление Премудрости — и публичное явление блудницы; жертвенный пир Премудрости — и жертвенный пир блудницы, — всюду симметрия, не приглушенная, но заостренная ради некоего важного контраста. Но о смысле этого контраста, как и вообще о функциях образа жены чуждой {-"rzv. [шиша зара], см. 2:16), нам придется говорить подробнее. А пока вернемся к Премудрости. Возразим на только что сделанное предположение: если учительство Премудрости можно понять как дидактическую персонификацию, ее собственные слова о ее космической, демнургической роли выходят за пределы такой персонификации. Вспомним прежде всего locus classicus — Прнт. 8:22-31:
Яхве имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони; от века я поставлена (другой перевод: «помазана»), от начала, прежде бытия земли. Я родшюсь, когда еще не было бездны (r.-zrr [тепомот|), когда еще не было источников, обильных водою; я родилась прежде, нежели устроены были горы, прежде холмов, прежде, чем Он сотворил землю и долы, и начальные крупицы вселенной (hzr [тэвэл]), когда Он утверждал небеса, я — там, когда Он чертил круг по лицу бездны (:—г [тсЬом]), когда Он укреплял облака в выси, когда устанавливал источники бездны, когда давал морю предел, дабы воды не преступали уставов Его, когда полагал основания земли, — тогда я была при