Отряд остановился у подножия скалы. Старейшины стали совещаться.

<Что здесь случилось без меня?> - подумал Старейший и тихо сказал своим спутникам:

- Хранителем огня сегодня остался Крек. Предупредим его о нашем приходе.

Один из охотников взял костяной свисток, висевший у него на шее, и пронзительно свистнул.

Но никто не откликнулся.

- Значит, - прошептал Старейший, и суровое сердце его дрогнуло, значит, Крек умер. Наверное, на мальчиков напали. Или они убиты, или уведены в плен каким-нибудь бродячим племенем.

- Нет, - возразил один из старейшин, - уже давно поблизости не встречался ни один чужеземный охотник. Крек и Ожо просто заснули.

- Поднимемся в пещеру, - сурово промолвил Старейший. - Если они заснули, они будут жестоко наказаны.

- Смерть им, смерть! - раздались свирепые голоса.

- Смерть, если, на горе нам, огонь погас! - Неужели они лишились огня? Сначала охотники лишь удивились и встревожились, заметив отсутствие красных отблесков у входа в пещеру. И только теперь бедняги ясно представили себе, какие страшные несчастья сулит им потеря огня.

Что за беда, если дети погибли, - ведь пользы от них мало, а кормить их все-таки надо.

Но если погас огонь - огонь-утешитель, который так весело потрескивал на очаге... Мысль об этом приводила в трепет самого мужественного охотника.

Если огонь умер, люди тоже умрут. Они знали, чувствовали это. Как они тосковали по огню во время своих охотничьих странствий! Но ведь тогда они разлучались с ним ненадолго. Но теперь... теперь огонь покинул их навсегда. Значит, они неизбежно погибнут.

Никогда они не попадали в такое ужасное положение.

Огонь, верный и жаркий огонь, жил в пещере много лет. Никто не знал, кто и когда занес огонь в их жилище...

Летом трава и деревья иногда загорались от молнии, падавшей с неба, как утверждали опытные охотники.