– Давай уж… – Николай перехватил рейку и сдвинул её чуть ближе к углу комнаты, внимательно глядя на положение висящей на метровой нити острой свинцовой капельки. Молодой шустро вбил в щель между кирпичами гвоздик, отметив нижний край рейки, они сдвинулись метра на полтора и повторили процедуру.

В дверь просунулись головы двух бойцов. Увидев в комнате бригадира, они с особенно деловым видом начали натягивать рукавицы. Накурились, видимо.

– Сортир закончили, орлы?

Бойцы закивали, усиленно демонстрируя рабочую озабоченность. Доделав с Русланом разметку, Николай сходил проверить. «Мы здесь возведём вам на долгую память уютный и тёплый клозет. Цивильный, подземный, конечно же, платный, с подшивкой центральных газет…» Будущий хозяин коттеджа был, видимо, патриотом, и вместо какой-нибудь финской или итальянской сантехники приказал установить себе надёжный отечественный агрегат, который был теперь окружен ровной и чуть влажной поверхностью бетонного раствора, серо-зеленоватого в свете переносной лампы. Отделочникам оставалось положить кафель, настелить линолеум и покрасить эмульсионкой потолок. Ну и вода ещё не была подключена, конечно.

– Молодцы. Ну что, часа полтора осталось. Успеем с Русланом угловую закончить?

– Сегодня?

– А когда? Завтра последний день.

– Тогда успеем…

– Тогда и пошли. Руслан, ты всё? Ау!?

Ответа он не дождался, и пришлось снова подниматься на третий этаж. Руслан, ползая по керамзиту на корточках, заканчивал натягивать от гвоздика к гвоздику нитки, разбивающие комнату на квадраты, по которым будет производиться стяжка. С двумя парами пришедших на крики носильщиков, одним из которых был Шалва, они хоть и не за полтора часа, но добили комнату и, утирая пот, сняли крайнюю к двери рейку, оставив в блестящем ровном полу зияющую щель. Её было положено зашивать и заравнивать уже на следующий день. Разогнулись.