
Заботкин и Кисмерешкин по рации поддерживали связь со всеми группами.
В эфире звучало:
"Я 43-й. В парадную вошел мужик. Стоит, курит."
"Ожидайте в гнезде."
"Я 36-й. У нас бабушке плохо. Что делать?"
"Вызовите скорую и ждите".
Чем дольше тянулось время, тем напряженнее становилось ожидание. "Медбрат" мог явиться и в девять утра и в десять и в десять ноль пять...
"Я 22-й. В дверь звонят. Внимание!".
"Я Центр. Ближайшему наряду прибыть в пятую парадную на Пражской, 37! Пятый этаж".
"22-й! Что у вас?"
"Центр! Отбой. Родственник пришел."
Около одиннадцати часов на улице Белы Куна в 6 парадную дома 16 вошел неизвестный с сумкой, похожий по приметам на Медбрата. Его поведение было странным. Он медленно поднимался по лестнице, прислушиваясь, осматривая двери квартир. Подойдя к двери, за которой находилась милицейская засада, он постоял, не решаясь позвонить. Затем повернулся и подошел к двери соседней квартиры. Снова постоял и стал настойчиво звонить в дверь. Ему никто не ответил и не открыл. Тогда мужчина достал из-под куртки два продолговатых предмета, свинтил их и этим ломом в считанные секунды отжал ригель замка, открыл дверь, вошел квартиру и бесшумно закрыл дверь за собой. Наблюдавшие в дверной глазок оперативники связались с руководством.
"56-й говорит. В соседнюю квартиру залез домушник. Что делать?".
"Не высовываться.
