Однако по мере того, как росла дочь Маша, которой совсем недавно исполнилось пять лет, Лобников стал ловить себя на том, что ее веселая мордашка, смотрящая с фотографии, доставляет ему особый душевный комфорт. Он менял ее фотографии почти каждые полгода.

Дочь являлась, пожалуй, единственным человеком, к которому немного уставший и пресыщенный жизнью Лобников чувствовал настоящую привязанность.

Возможно, поэтому у Валерия наладились отношения с женой Ольгой. Последний год все меньше и меньше времени Валерий проводил с семьей. Их брак с Ольгой, который многим казался уже обреченным на разрыв, все же выдержал испытание на прочность.

Теперь же, переживая, пожалуй, самый серьезный жизненный кризис, Валерий явственно осознал, что семья является главной ценностью и опорой.

«Черт с ним, с этим бизнесом, денег у меня достаточно, чтобы прожить безбедно где-нибудь в тихом курортном городке. Когда-нибудь здесь все утрясется, и они смогут вернуться. Но сейчас главное – поскорее унести отсюда ноги».

Валерий загасил в пепельнице сигарету и достал из картонной коробки первую папку с документами.

Однако едва он раскрыл папку, как в комнате послышалась приглушенная трель мобильника.

«Не брать трубку и отключить сотовый к чертовой матери» – это было первое, о чем подумал Лобников.

Однако через несколько секунд он изменил свое решение, так как могла звонить Ольга, да и, в конце концов, он ничем не рискует, разговаривая по мобильнику, ведь люди Сатарова не знают, где он находится.

– Слушаю вас, – произнес в трубку Лобников.

– Добрый вечер, Валерий, – послышался ровный мужской голос.

– Кто это? – удивился Валерий, поскольку голос ему показался незнакомым.

– Это неважно, – ответил мужчина, – я действую по поручению Олега.

– Сатарова? – машинально уточнил Лобников.

– Разумеется, Сатарова, – подтвердил незнакомец. – Олег просил передать вам, чтобы вы отдали все документы по деятельности ваших фирм. Вас предупредили, что вы должны их изъять.