Однако в нем конкретизировались некоторые принципиальные вопросы. Например, предусматривалось, что надзор за правильным и единообразным применением законов судебными учреждениями и следственными органами союзных республик осуществляется как прямо, так и через прокуроров союзных республик. Прокурор Союза получил право давать необходимые указания органам расследования. Уточнялось, что он возбуждает уголовное преследование и поддерживает обвинение по делам, подсудным Верховному суду СССР, непосредственно, а по делам, подсудным судебным органам союзных республик, — как непосредственно, так и через прокуроров союзных республик; надзор за законностью и правильностью деятельности ОГПУ осуществляет непосредственно. Для этих целей при прокуроре Союза состояла прокуратура по специальным делам, возглавляемая его старшим помощником. Военные и транспортные прокуратуры, входившие в систему Прокуратуры Союза, действовали на основании особых положений.

Положение устанавливало, что прокурор Союза ССР вправе был давать прокурорам союзных республик указания, касающиеся их деятельности, созывать совещания всех прокуроров для обсуждения важнейших вопросов, а также производить обследования и проверки деятельности прокуратур союзных республик и получать от них отчеты. С прокурорами автономных республик, краев, областей и районов он связывался, как правило, через прокуроров союзных республик, а в случаях, не терпящих отлагательства, непосредственно, но с уведомлением об этом прокуроров соответствующих республик. Указания и распоряжения прокурора Союза были обязательны для всех органов прокуратуры.

Прокуроры союзных республик назначались и отзывались прокурором Союза ССР по согласованию с ЦИК союзных республик, а краевые, областные прокуроры и прокуроры автономных республик — назначались и отзывались с согласия Прокурора Союза. Прокуроры по спецделам в союзных и автономных республиках, краях и областях, а также прокуроры по надзору за ОГПУ назначались и отзывались только прокурором Союза ССР.