(Alegria). Однако пиратству эффективно противостоит не запрет на съемку с мобильного телефона и не отсутствие качественных видеоматериалов, а тот простой факт, что переносу на видео Cirque du Soleil не поддается. То, что получается на выходе, - это бледнейшая копия того, что можно ощутить, находясь непосредственно в зале. Выступление труппы может понравиться или не понравиться - это, в конце концов, вопрос вкуса, - но несовпадение исходного продукта и его цифровой реплики, на мой взгляд, очевидно. Настолько очевидно, что отказ от выпуска видеоверсий (состоявшийся задолго до Интернета и прочих напстеров) в определенной степени был не экономическим, а творческим решением.

Я понимаю, что первый абзац колонки у нормального человека может вызвать раздражение, но эта колонка не о том, что мне повезло, а о том, что владелец цирка Гай Лалиберт (между прочим, заядлый, хоть и посредственный, игрок в покер) переизобрел двадцать лет назад умирающее искусство, причем переизобрел его так, что новый цирк оказался невосприимчив не только к старым угрозам, но и к новым. Мы знаем, что нечто подобное - очень медленно, со скрипом - пытается сделать киноиндустрия, активно развивающая технологии нереплицируемых изображений (никаких 3D-экранок не существует и, вероятно, не будет еще довольно долго). Мы видим, как агонизирует музыкальный бизнес, у которого пока нет ничего, что могло бы превзойти MP3, и как притихла литература, спасающаяся, пожалуй, лишь тем, что процесс оцифровки книги довольно трудоемок, да и целевая аудитория за последние пятнадцать лет не смогла освоить IRC (в России ситуация иная, но основной корпус оцифрованной литературы на английском языке размещен вовсе не в вебе, а на IRC-каналах).

Я пока не могу представить, каким должно быть музыкальное представление, чтобы я не мог его пропустить. Я не знаю, что должно произойти с книгоиздательским бизнесом, чтобы книжным пиратам достались только крошки со стола. Но одно мне кажется несомненным: в