- На нас в тот раз все зарубежные газеты катили бочку за это...

- Так им и надо. Пусть не лезут куда не следует. Школа в Марьяной роще, собираются в 14 часов.

Сергей Васильевич мнется, потом доверительно кладет свою руку на мое плечо.

- Тут понимаешь какое дело... Мы тогда, на демонстрации, забыли тебя предупредить, что человека, которого ты лупил, нужно было сохранить...

- Это которого, я их много лупил?

- Того, руководителя колонны с битой в руках.

- Действительно, ему досталось.

И это тоже узрел. И все-то этой организации известно, кого лупил, как лупил.

- Так вот, в этот раз ты его... спасешь.

- Я???

- Да, тихонечко выведешь через всю свалку и посадишь в машину. Так надо, чемпион...

Вечером я собираю всех руководителей групп в раздевалке и представляю им план действия.

- Мальчики, вот план школы. Макс и Ахмед идут на центральную парадную. За вами в резерве Сергей. Я с группой Василия иду с черного хода. На всякий случай, думаю, подтянем туда все стальные силы. На центральной будет, наверняка, большая задержка.

- Коля, не дрейфь, мы их всех положим, - бьет себя в грудь Ахмед.

- У них есть хорошо подготовленные ребята. Я уверен, что вы их сломаете, но не сразу. Вам придется потрудиться, а время идет.

Макс и Ахмед ломятся в парадную, там крики, девичий визг и звон битого стекла. Мы ломаем дверь с черного хода. Один из парней бьет стекло окна первого этажа и с помощью товарищей залезает через него в школу. Вскоре он открывает дверь и все несутся по пустой лестнице на третий этаж, где находится актовый зал.

В зале уже паника. Мой жирный знакомый стоит на трибуне и успокаивает публику.

- Граждане не...

И тут он увидел нас.

- Ах, сволочи, - рычит Боров.

Графин полетел в мою сторону. Я пригнулся. Сзади звон разбитого стекла. Мои ребята уже скидывают со сцены президиум собрания. Я подбегаю к трибуне и всей массой тела опрокидываю ее. Мужик не устоял и тоже валится на пол. Он пытается подняться и я рывком выбрасываю его за сцену, потом наваливаюсь и говорю в ухо.